--- title: "Demons · Бесы" author: "Fyodor Dostoevsky" translator: "Constance Garnett" title_ru: "Бесы" author_ru: "Фёдор Достоевский" languages: [ru, en] shelf: "Literature" section: 15 of 92 url: https://scriptura.si/works/dostoevsky-demons/15/ cite: "Fyodor Dostoevsky, tr. Constance Garnett, Demons · Бесы, section 15. Scriptura (scriptura.si), https://scriptura.si/works/dostoevsky-demons/15/" --- # Demons · Бесы *Fyodor Dostoevsky, tr. Constance Garnett* Russian: Бесы, Фёдор Достоевский A provincial town, a circle of conspirators and the ideas that possess them: Dostoevsky’s novel in Russian, English and French. ## 15. Part One · Chapter III · 5 Source: https://scriptura.si/works/dostoevsky-demons/15/ · cite a paragraph as https://scriptura.si/works/dostoevsky-demons/15/#p-N [¶0] We were all standing in the doorway. It was the moment when hosts and guests hurriedly exchange the last and most cordial words, and then part to their mutual gratification. > Russian: Мы все стояли на пороге в дверях. Был тот миг, когда хозяева и гости обмениваются наскоро последними и самыми любезными словечками, а затем благополучно расходятся. [¶1] "The reason he's so cross to-day," Liputin dropped all at once, as it were casually, when he was just going out of the room, "is because he had a disturbance to-day with Captain Lebyadkin over his sister. Captain Lebyadkin thrashes that precious sister of his, the mad girl, every day with a whip, a real Cossack whip, every morning and evening. So Alexey Nilitch has positively taken the lodge so as not to be present. Well, good-bye." > Russian: — Это всё оттого они так угрюмы сегодня,— ввернул вдруг Липутин, совсем уже выходя из комнаты и, так сказать, налету,— оттого, что с капитаном Лебядкиным шум у них давеча вышел из-за сестрицы. Капитан Лебядкин ежедневно свою прекрасную сестрицу, помешанную, нагайкой стегает, настоящей казацкой-с, по утрам и по вечерам. Так Алексей Нилыч в том же доме флигель даже заняли, чтобы не участвовать. Ну-с, до свиданья. [¶2] "A sister? An invalid? With a whip?" Stepan Trofimovitch cried out, as though he had suddenly been lashed with a whip himself. "What sister? What Lebyadkin?" All his former terror came back in an instant. > Russian: — Сестру? Больную? Нагайкой? — так и вскрикнул Степан Трофимович,— точно его самого вдруг схлестнули нагайкой.— Какую сестру? Какой Лебядкин? Давешний испуг воротился в одно мгновение. [¶3] "Lebyadkin! Oh, that's the retired captain; he used only to call himself a lieutenant before...." > Russian: — Лебядкин? А, это отставной капитан; прежде он только штабс-капитаном себя называл... [¶4] "Oh, what is his rank to me? What sister? Good heavens!... You say Lebyadkin? But there used to be a Lebyadkin here...." > Russian: — Э, какое мне дело до чина! Какую сестру? Боже мой... вы говорите: Лебядкин? Но ведь у нас был Лебядкин... [¶5] "That's the very man. 'Our' Lebyadkin, at Virginsky's, you remember?" > Russian: — Тот самый и есть, _наш_ Лебядкин, вот, помните, у Виргинского? [¶6] "But he was caught with forged papers?" "Well, now he's come back. He's been here almost three weeks and under the most peculiar circumstances." > Russian: — Но ведь тот с фальшивыми бумажками попался? — А вот и воротился, уж почти три недели и при самых особенных обстоятельствах. [¶7] "Why, but he's a scoundrel?" > Russian: — Да ведь это негодяй! [¶8] "As though no one could be a scoundrel among us," Liputin grinned suddenly, his knavish little eyes seeming to peer into Stepan Trofimovitch's soul. > Russian: — Точно у нас и не может быть негодяя? — осклабился вдруг Липутин, как бы ощупывая своими вороватенькими глазками Степана Трофимовича. [¶9] "Good heavens! I didn't mean that at all... though I quite agree with you about that, with you particularly. But what then, what then? What did you mean by that? You certainly meant something by that." > Russian: — Ах, боже мой, я совсем не про то... хотя, впрочем, о негодяе с вами совершенно согласен, именно с вами. Но что ж дальше, дальше? Что вы хотели этим сказать?.. Ведь вы непременно что-то хотите этим сказать! [¶10] "Why, it's all so trivial.... This captain to all appearances went away from us at that time; not because of the forged papers, but simply to look for his sister, who was in hiding from him somewhere, it seems; well, and now he's brought her and that's the whole story. Why do you seem frightened, Stepan Trofimovitch? I only tell this from his drunken chatter though, he doesn't speak of it himself when he's sober. He's an irritable man, and, so to speak, æsthetic in a military style; only he has bad taste. And this sister is lame as well as mad. She seems to have been seduced by someone, and Mr. Lebyadkin has, it seems, for many years received a yearly grant from the seducer by way of compensation for the wound to his honour, so it would seem at least from his chatter, though I believe it's only drunken talk. It's simply his brag. Besides, that sort of thing is done much cheaper. But that he has a sum of money is perfectly certain. Ten days ago he was walking barefoot, and now I've seen hundreds in his hands. His sister has fits of some sort every day, she shrieks and he 'keeps her in order' with the whip. You must inspire a woman with respect, he says. What I can't understand is how Shatov goes on living above him. Alexey Nilitch has only been three days with them. They were acquainted in Petersburg, and now he's taken the lodge to get away from the disturbance." > Russian: — Да всё это такие пустяки-с... то есть этот капитан, по всем видимостям, уезжал от нас тогда не для фальшивых бумажек, а единственно затем только, чтоб эту сестрицу свою разыскать, а та будто бы от него пряталась в неизвестном месте; ну а теперь привез, вот и вся история. Чего вы точно испугались, Степан Трофимович? Впрочем, я всё с его же пьяной болтовни говорю, а трезвый он и сам об этом прималчивает. Человек раздражительный и, как бы так сказать, военно-эстетический, но дурного только вкуса. А сестрица эта не только сумасшедшая, но даже хромоногая. Была будто бы кем-то обольщена в своей чести, и за это вот господин Лебядкин, уже многие годы, будто бы с обольстителя ежегодную дань берет, в вознаграждение благородной обиды, так по крайней мере из его болтовни выходит — а по-моему, пьяные только слова-с. Просто хвастается. Да и делается это гораздо дешевле. А что суммы у него есть, так это совершенно уж верно; полторы недели назад на босу ногу ходил, а теперь, сам видел, сотни в руках. У сестрицы припадки какие-то ежедневные, визжит она, а он-то ее «в порядок приводит» нагайкой. В женщину, говорит, надо вселять уважение. Вот не пойму, как еще Шатов над ними уживается. Алексей Нилыч только три денька и простояли с ними, еще с Петербурга были знакомы, а теперь флигелек от беспокойства занимают. [¶11] "Is this all true?" said Stepan Trofimovitch, addressing the engineer. > Russian: — Это всё правда? — обратился Степан Трофимович к инженеру. [¶12] "You do gossip a lot, Liputin," the latter muttered wrathfully. > Russian: — Вы очень болтаете, Липутин,— пробормотал тот гневно. [¶13] "Mysteries, secrets! Where have all these mysteries and secrets among us sprung from?" Stepan Trofimovitch could not refrain from exclaiming. > Russian: — Тайны, секреты! Откуда у нас вдруг столько тайн и секретов явилось! — не сдерживая себя, восклицал Степан Трофимович. [¶14] The engineer frowned, flushed red, shrugged his shoulders and went out of the room. > Russian: Инженер нахмурился, покраснел, вскинул плечами и пошел было из комнаты. [¶15] "Alexey Nilitch positively snatched the whip out of his hand, broke it and threw it out of the window, and they had a violent quarrel," added Liputin. > Russian: — Алексей Нилыч даже нагайку вырвали-с, изломали и в окошко выбросили, и очень поссорились,— прибавил Липутин. [¶16] "Why are you chattering, Liputin; it's stupid. What for?" Alexey Nilitch turned again instantly. > Russian: — Зачем вы болтаете, Липутин, это глупо, зачем?— мигом повернулся опять Алексей Нилыч. [¶17] "Why be so modest and conceal the generous impulses of one's soul; that is, of your soul? I'm not speaking of my own." > Russian: — Зачем же скрывать, из скромности, благороднейшие движения своей души, то есть вашей души-с, я не про свою говорю. [¶18] "How stupid it is... and quite unnecessary. Lebyadkin's stupid and quite worthless--and no use to the cause, and... utterly mischievous. Why do you keep babbling all sorts of things? I'm going." > Russian: — Как это глупо... и совсем не нужно... Лебядкин глуп и совершенно пустой — и для действия бесполезный и... совершенно вредный. Зачем вы болтаете разные вещи? Я ухожу. [¶19] "Oh, what a pity!" cried Liputin with a candid smile, "or I'd have amused you with another little story, Stepan Trofimovitch. I came, indeed, on purpose to tell you, though I dare say you've heard it already. Well, till another time, Alexey Nilitch is in such a hurry. Good-bye for the present. The story concerns Varvara Petrovna. She amused me the day before yesterday; she sent for me on purpose. It's simply killing. Good-bye." > Russian: — Ах, как жаль! — воскликнул Липутин с ясною улыбкой.— А то бы я вас, Степан Трофимович, еще одним анекдотцем насмешил-с. Даже и шел с тем намерением, чтобы сообщить, хотя вы, впрочем, наверно уж и сами слышали. Ну, да уж в другой раз, Алексей Нилыч так торопятся... До свиданья-с. С Варварой Петровной анекдотик-то вышел, насмешила она меня третьего дня, нарочно за мной посылала, просто умора. До свиданья-с. [¶20] But at this Stepan Trofimovitch absolutely would not let him go. He seized him by the shoulders, turned him sharply back into the room, and sat him down in a chair. Liputin was positively scared. > Russian: Но уж тут Степан Трофимович так и вцепился в него: он схватил его за плечи, круто повернул назад в комнату и посадил на стул. Липутин даже струсил. [¶21] "Why, to be sure," he began, looking warily at Stepan Trofimovitch from his chair, "she suddenly sent for me and asked me 'confidentially' my private opinion, whether Nikolay Vsyevolodovitch is mad or in his right mind. Isn't that astonishing?" > Russian: — Да как же-с? — начал он сам, осторожно смотря на Степана Трофимовича с своего стула.— Вдруг призвали меня и спрашивают «конфиденциально», как я думаю в собственном мнении: помешан ли Николай Всеволодович или в своем уме? Как же не удивительно? [¶22] "You're out of your mind!" muttered Stepan Trofimovitch, and suddenly, as though he were beside himself: "Liputin, you know perfectly well that you only came here to tell me something insulting of that sort and... something worse!" > Russian: — Вы с ума сошли! — пробормотал Степан Трофимович и вдруг точно вышел из себя: — Липутин, вы слишком хорошо знаете, что только затем и пришли, чтобы сообщить какую-нибудь мерзость в этом роде и... еще что-нибудь хуже! [¶23] In a flash, I recalled his conjecture that Liputin knew not only more than we did about our affair, but something else which we should never know. > Russian: В один миг припомнилась мне его догадка о том, что Липутин знает в нашем деле не только больше нашего, но и еще что-нибудь, чего мы сами никогда не узнаем. [¶24] "Upon my word, Stepan Trofimovitch," muttered Liputin, seeming greatly alarmed, "upon my word..." > Russian: — Помилуйте, Степан Трофимович! — бормотал Липутин будто бы в ужасном испуге,— помилуйте... [¶25] "Hold your tongue and begin! I beg you, Mr. Kirillov, to come back too, and be present. I earnestly beg you! Sit down, and you, Liputin, begin directly, simply and without any excuses." > Russian: — Молчите и начинайте! Я вас очень прошу, господин Кириллов, тоже воротиться и присутствовать, очень прошу! Садитесь. А вы, Липутин, начинайте прямо, просто... и без малейших отговорок! [¶26] "If I had only known it would upset you so much I wouldn't have begun at all. And of course I thought you knew all about it from Varvara Petrovna herself." > Russian: — Знал бы только, что это вас так фраппирует, так я бы совсем и не начал-с... А я-то ведь думал, что вам уже всё известно от самой Варвары Петровны! [¶27] "You didn't think that at all. Begin, begin, I tell you." > Russian: — Совсем вы этого не думали! Начинайте, начинайте же, говорят вам! [¶28] "Only do me the favour to sit down yourself, or how can I sit here when you are running about before me in such excitement. I can't speak coherently." > Russian: — Только сделайте одолжение, присядьте уж и сами, а то что же я буду сидеть, а вы в таком волнении будете передо мною... бегать. Нескладно выйдет-с. [¶29] Stepan Trofimovitch restrained himself and sank impressively into an easy chair. The engineer stared gloomily at the floor. Liputin looked at them with intense enjoyment, > Russian: Степан Трофимович сдержал себя и внушительно опустился в кресло. Инженер пасмурно наставился в землю. Липутин с неистовым наслаждением смотрел на них. [¶30] "How am I to begin?... I'm too overwhelmed...." > Russian: — Да что же начинать... так сконфузили...