---
title: "The Kingdom of God Is Within You · Царство Божие внутри вас"
author: "Leo Tolstoy"
translator: "Constance Garnett"
title_ru: "Царство Божие внутри вас"
author_ru: "Лев Толстой"
languages: [ru, en]
shelf: "Literature"
section: 2 of 36
url: https://scriptura.si/works/leo-tolstoy-the-kingdom-of-god-is-within-you/2/
cite: "Leo Tolstoy, tr. Constance Garnett, The Kingdom of God Is Within You · Царство Божие внутри вас, section 2. Scriptura (scriptura.si), https://scriptura.si/works/leo-tolstoy-the-kingdom-of-god-is-within-you/2/"
---

# The Kingdom of God Is Within You · Царство Божие внутри вас

*Leo Tolstoy, tr. Constance Garnett*

Russian: Царство Божие внутри вас, Лев Толстой

The Sermon on the Mount, taken at its word: Tolstoy on non-resistance, the state and the Christian conscience, in Russian and English.

## 2. CHAPTER I. · 1 of 3

Source: https://scriptura.si/works/leo-tolstoy-the-kingdom-of-god-is-within-you/2/ · cite a paragraph as https://scriptura.si/works/leo-tolstoy-the-kingdom-of-god-is-within-you/2/#p-N

[¶0] THE DOCTRINE OF NON-RESISTANCE TO EVIL BY FORCE HAS BEEN PROFESSED BY A MINORITY OF MEN FROM THE VERY FOUNDATION OF CHRISTIANITY.

[¶1] Of the Book "What I Believe"--The Correspondence Evoked by it--Letters from Quakers--Garrison's Declaration--Adin Ballou, his Works, his Catechism--Helchitsky's "Net of Faith"--The Attitude of the World to Works Elucidating Christ's Teaching--Dymond's Book "On War"--Musser's "Non-resistance Asserted"--Attitude of the Government in 1818 to Men who Refused to Serve in the Army--Hostile Attitude of Governments Generally and of Liberals to Those who Refuse to Assist in Acts of State Violence, and their Conscious Efforts to Silence and Suppress these Manifestations of Christian Non-resistance.

> Russian: В письмах этих, выражая свое сочувствие моим взглядам о незаконности для христианина всякого насилия и войны, квакеры сообщили мне подробности о своей, так называемой, секте, более 200 лет исповедующей на деле учение Христа о непротивлении злу насилием и не употреблявшей и теперь не употребляющей для защиты себя оружия.

[¶2] Among the first responses called forth by my book were some letters from American Quakers. In these letters, expressing their sympathy with my views on the unlawfulness for a Christian of war and the use of force of any kind, the Quakers gave me details of their own so-called sect, which for more than two hundred years has actually professed the teaching of Christ on non-resistance to evil by force, and does not make use of weapons in self-defense. The Quakers sent me books, from which I learnt how they had, years ago, established beyond doubt the duty for a Christian of fulfilling the command of non-resistance to evil by force, and had exposed the error of the Church's teaching in allowing war and capital punishment.

> Russian: Вместе с письмами квакеры присылали мне свои брошюры, журналы и книги. Из этих присланных мне ими журналов, брошюр и книг я узнал, до какой степени уже много лет тому назад ими неопровержимо была доказана для христианина обязанность выполнения заповеди о непротивлении злу насилием и была обличена неправильность церковного учения, допускающего казни и войны.

[¶3] In a whole series of arguments and texts showing that war--that is, the wounding and killing of men--is inconsistent with a religion founded on peace and good will toward men, the Quakers maintain and prove that nothing has contributed so much to the obscuring of Christian truth in the eyes of the heathen, and has hindered so much the diffusion of Christianity through the world, as the disregard of this command by men calling themselves Christians, and the permission of war and violence to Christians.

> Russian: Целым рядом рассуждений и текстов доказав то, что с религией, основанной на миролюбии и благоволении к людям, несовместима война, т. е. калечение и убийство людей, квакеры утверждают и доказывают, что ничто столько не содействовало затемнению Христовой истины в глазах язычников и не мешало распространению христианства в мире, как непризнание этой заповеди людьми, именовавшими себя христианами, — как разрешение для христиан войны и насилия.

[¶4] "Christ's teaching, which came to be known to men, not by means of violence and the sword," they say, "but by means of non-resistance to evil, gentleness, meekness, and peaceableness, can only be diffused through the world by the example of peace, harmony, and love among its followers."

> Russian: «Христово учение, вошедшее в сознание людей не посредством меча и насилия, говорят они, а посредством непротивления злу, посредством кротости, смирения и миролюбия, — только примером мира, согласия и любви между своими последователями и может распространиться в мире.

[¶5] "A Christian, according to the teaching of God himself, can act only peaceably toward all men, and therefore there can be no authority able to force the Christian to act in opposition to the teaching of God and to the principal virtue of the Christian in his relation with his neighbors."

> Russian: «Христианин, по учению самого бога, может быть руководим в отношениях к людям только миролюбием, и потому не может быть такого авторитета, который заставил бы христианина действовать противно учению бога и главного свойства христианина по отношению своих близких.

[¶6] "The law of state necessity," they say, "can force only those to change the law of God who, for the sake of earthly gains, try to reconcile the irreconcilable; but for a Christian who sincerely believes that following Christ's teaching will give him salvation, such considerations of state can have no force."

> Russian: «Правило государственной необходимости, говорят они, может заставить изменить закону бога тех, которые ради житейских выгод стараются согласить несогласимое, но для христианина, который истинно верит тому, что следование учению Христа дает ему спасение, правило это не может иметь никакого значения».

[¶7] Further acquaintance with the labors of the Quakers and their works--with Fox, Penn, and especially the work of Dymond (published in 1827)--showed me not only that the impossibility of reconciling Christianity with force and war had been recognized long, long ago, but that this irreconcilability had been long ago proved so clearly and so indubitably that one could only wonder how this impossible reconciliation of Christian teaching with the use of force, which has been, and is still, preached in the churches, could have been maintained in spite of it.

> Russian: Знакомство с деятельностью квакеров и их сочинениями: с Фоксом, Пэном и в особенности с книгой Даймонда (Dymond) 1827 г. — показало мне, что не только давным-давно сознана невозможность соединения христианства с насилием и войною, но что эта несовместимость давным-давно так ясно и несомненно доказана, что надо только удивляться, каким образом может продолжаться это невозможное соединение христианского учения с насилием, которое проповедовалось и продолжает проповедоваться церквами.

[¶8] In addition to what I learned from the Quakers I received about the same time, also from America, some information on the subject from a source perfectly distinct and previously unknown to me.

> Russian: Кроме сведений, полученных мною от квакеров, около этого же времени я получил тоже из Америки сведения о том же предмете из совершенно другого и прежде мне вовсе неизвестного источника.

[¶9] The son of William Lloyd Garrison, the famous champion of the emancipation of the negroes, wrote to me that he had read my book, in which he found ideas similar to those expressed by his father in the year 1838, and that, thinking it would be interesting to me to know this, he sent me a declaration or proclamation of "non-resistance" drawn up by his father nearly fifty years ago.

> Russian: Сын Вильяма Ллойда Гаррисона, знаменитого борца за свободу негров, писал мне, что, прочтя мою книгу, в которой он нашел мысли, сходные с теми, которые были выражены его отцом в 1838 году, он, полагая, что мне будет интересно узнать это, присылает мне составленную его отцом почти 50 лет тому назад декларацию или провозглашение непротивления — «Non-resistance».

[¶10] This declaration came about under the following circumstances: William Lloyd Garrison took part in a discussion on the means of suppressing war in the Society for the Establishment of Peace among Men, which existed in 1838 in America. He came to the conclusion that the establishment of universal peace can only be founded on the open profession of the doctrine of non-resistance to evil by violence (Matt. v. 39), in its full significance, as understood by the Quakers, with whom Garrison happened to be on friendly relations. Having come to this conclusion, Garrison thereupon composed and laid before the society a declaration, which was signed at the time--in 1838--by many members.

> Russian: Провозглашение это возникло при следующих условиях: Вильям Ллойд Гаррисон, рассуждая в существовавшем в 1838 году в Америке обществе для установления мира между людьми о мерах прекращения войны, пришел к заключению, что установление всеобщего мира может быть основано только на явном признании заповеди непротивления злу насилием (Мф. V, 39) во всем ее значении, так, как понимают ее квакеры, с которыми Гаррисон находился в дружеских сношениях. Придя к такому заключению, Гаррисон и составил тогда и предложил обществу следующее провозглашение, которое было подписано тогда, в 1838 году, многими членами.

[¶11] "DECLARATION OF SENTIMENTS ADOPTED BY PEACE CONVENTION. "Boston, 1838.

> Russian: ПРОВОЗГЛАШЕНИЕ ОСНОВ, ПРИНЯТЫХ ЧЛЕНАМИ ОБЩЕСТВА, ОСНОВАННОГО ДЛЯ УСТАНОВЛЕНИЯ МЕЖДУ ЛЮДЬМИ ВСЕОБЩЕГО МИРА. Бостон, 1838 г.

[¶12] "We the undersigned, regard it as due to ourselves, to the cause which we love, to the country in which we live, to publish a declaration expressive of the purposes we aim to accomplish and the measures we shall adopt to carry forward the work of peaceful universal reformation.

> Russian: Мы, нижеподписавшиеся, считаем своим долгом по отношению к себе, к делу, близкому нашему сердцу, к стране, в которой мы живем, и ко всему остальному миру, огласить это наше исповедание, выразив в нем те основы, которых мы держимся, цели, к которым мы стремимся, и средства, которые мы намерены употреблять для достижения всеобщего благодетельного и мирного переворота. Вот это наше исповедание.

[¶13] "We do not acknowledge allegiance to any human government. We recognize but one King and Lawgiver, one Judge and Ruler of mankind. Our country is the world, our countrymen are all mankind. We love the land of our nativity only as we love all other lands. The interests and rights of American citizens are not dearer to us than those of the whole human race. Hence we can allow no appeal to patriotism to revenge any national insult or injury...

> Russian: Мы не признаем никакого человеческого правительства. Мы признаем только одного царя и законодателя, только одного судью и правителя над человечеством. Отечеством нашим мы признаем весь мир, соотечественниками своими признаем всё человечество. Мы любим свою родину столько же, сколько мы любим и другие страны. Интересы, права наших сограждан нам не дороже интересов и прав всего человечества. Поэтому мы не допускаем того, чтобы чувство патриотизма могло оправдывать мщение за обиду или за вред, нанесенный нашему народу...

[¶14] "We conceive that a nation has no right to defend itself against foreign enemies or to punish its invaders, and no individual possesses that right in his own case, and the unit cannot be of greater importance than the aggregate. If soldiers thronging from abroad with intent to commit rapine and destroy life may not be resisted by the people or the magistracy, then ought no resistance to be offered to domestic troublers of the public peace or of private security.

> Russian: Мы признаем, что народ не имеет права ни защищать себя от внешних врагов, ни нападать на них. Мы признаем также, что отдельные лица в своих личных отношениях не могут иметь этого права. Единица не может иметь большего значения, чем совокупность их. Если правительство не должно оказывать сопротивления чужестранным завоевателям, имеющим целью опустошать наше отечество и избивать наших сограждан, то точно так же не должно быть оказываемо сопротивление силою отдельным лицам, нарушающим общественное спокойствие и грозящим частной безопасности.

[¶15] "The dogma that all the governments of the world are approvingly ordained of God, and that the powers that be in the United States, in Russia, in Turkey, are in accordance with his will, is no less absurd than impious. It makes the impartial Author of our existence unequal and tyrannical. It cannot be affirmed that the powers that be in any nation are actuated by the spirit or guided by the example of Christ in the treatment of enemies; therefore they cannot be agreeable to the will of God, and therefore their overthrow by a spiritual regeneration of their subjects is inevitable.

> Russian: Проповедуемое церквами положение о том, что все государства на земле установлены и одобряемы богом и что все власти, существующие в Соединенных Штатах, в России, в Турции, соответствуют воле бога, столь же нелепо, как и кощунственно. Это положение представляет творца нашего существом пристрастным и устанавливающим и поощряющим зло. Никто не решится утверждать того, чтобы власти, существующие в какой бы то ни было стране, действовали по отношению к своим врагам в духе учения и по примеру Христа. А потому деятельность этих властей не может быть приятна богу и потому и власти эти не могли быть установлены богом и должны быть низвергнуты не силою, но духовным возрождением людей.

[¶16] "We regard as unchristian and unlawful not only all wars, whether offensive or defensive, but all preparations for war; every naval ship, every arsenal, every fortification, we regard as unchristian and unlawful; the existence of any kind of standing army, all military chieftains, all monuments commemorative of victory over a fallen foe, all trophies won in battle, all celebrations in honor of military exploits, all appropriations for defense by arms; we regard as unchristian and unlawful every edict of government requiring of its subjects military service.

> Russian: Мы признаем нехристианскими и незаконными не только самые войны — как наступательные, так и оборонительные, — но и все приготовления к войнам: устройство всяких арсеналов, укреплений, военных кораблей; признаем нехристианским и незаконным существование всяких постоянных армий, всякого военного начальства, всяких памятников, воздвигнутых в честь побед или павших врагов, всяких трофеев, добытых на поле сражения, всяких празднований военных подвигов, всяких присвоений, совершенных военной силой; признаем нехристианским и незаконным всякое правительственное постановление, требующее военной службы от своих подданных.

[¶17] "Hence we deem it unlawful to bear arms, and we cannot hold any office which imposes on its incumbent the obligation to compel men to do right on pain of imprisonment or death. We therefore voluntarily exclude ourselves from every legislative and judicial body, and repudiate all human politics, worldly honors, and stations of authority. If we cannot occupy a seat in the legislature or on the bench, neither can we elect others to act as our substitutes in any such capacity. It follows that we cannot sue any man at law to force him to return anything he may have wrongly taken from us; if he has seized our coat, we shall surrender him our cloak also rather than subject him to punishment.

> Russian: Вследствие всего этого мы считаем для себя невозможным не только службу в войсках, но и занимание должностей, обязующих нас принуждать людей поступать хорошо под страхом тюрьмы или смертной казни. Мы поэтому добровольно исключаем себя из всех правительственных учреждений и отказываемся от всякой политики, от всех земных почестей и должностей. Не считая себя вправе занимать места в правительственных учреждениях, мы точно так же не считаем себя вправе и избирать на эти места других лиц. Мы также считаем себя не вправе судиться с людьми, чтобы заставить их возвратить взятое у нас. Мы считаем, что мы обязаны отдать и кафтан тому, кто взял нашу рубашку, но никак не подвергать его насилию. Мф.

[¶18] "We believe that the penal code of the old covenant--an eye for an eye, and a tooth for a tooth--has been abrogated by Jesus Christ, and that under the new covenant the forgiveness instead of the punishment of enemies has been enjoined on all his disciples in all cases whatsoever. To extort money from enemies, cast them into prison, exile or execute them, is obviously not to forgive but to take retribution.

> Russian: V, 40. Мы верим в то, что уголовный закон Ветхого Завета: око за око, зуб за зуб — отменен Иисусом Христом и что по Новому Завету всем его последователям проповедуется прощение врагам вместо мщения, во всех случаях без исключения. Вымогать же насилием деньги, запирать в тюрьму, ссылать или казнить, очевидно, не есть прощение обид, а мщение.

[¶19] "The history of mankind is crowded with evidences proving that physical coercion is not adapted to moral regeneration, and that the sinful dispositions of men can be subdued only by love; that evil can be exterminated only by good; that it is not safe to rely upon the strength of an arm to preserve us from harm; that there is great security in being gentle, long-suffering, and abundant in mercy; that it is only the meek who shall inherit the earth; for those who take up the sword shall perish by the sword.

> Russian: История человечества наполнена доказательствами того, что физическое насилие не содействует нравственному возрождению, и что греховные наклонности человека могут быть подавлены лишь любовью, что зло может быть уничтожено только добром, что не должно надеяться на силу руки, чтоб защищать себя от зла, что настоящая безопасность для людей находится в доброте, долготерпении и милосердии, что лишь кроткие наследуют землю, а поднявшие меч от меча погибнут.

[¶20] "Hence as a measure of sound policy--of safety to property, life, and liberty--of public quietude and private enjoyment--as well as on the ground of allegiance to Him who is King of kings and Lord of lords, we cordially adopt the non-resistance principle, being confident that it provides for all possible consequences, is armed with omnipotent power, and must ultimately triumph over every assailing force.

> Russian: И поэтому, как для того, чтобы вернее обеспечить жизнь, собственность, свободу, общественное спокойствие и частное благо людей, так и для того, чтобы исполнить волю того, кто есть царь царствующих и господь господствующих, мы от всей души принимаем основное учение непротивления злу злом, твердо веруя, что это учение, отвечая всем возможным случайностям и выражая волю бога, в конце концов должно восторжествовать над всеми злыми силами.

[¶21] "We advocate no Jacobinical doctrines. The spirit of Jacobinism is the spirit of retaliation, violence, and murder. It neither fears God nor regards man. We would be filled with the spirit of Christ. If we abide evil by our fundamental principle of not opposing evil by evil we cannot participate in sedition, treason, or violence. We shall submit to every ordinance and every requirement of government, except such as are contrary to the commands of the Gospel, and in no case resist the operation of law, except by meekly submitting to the penalty of disobedience.

> Russian: Мы не проповедуем революционного учения. Дух революционного учения есть дух мести, насилия и убийства. Он не боится бога и не уважает личности человека. Мы же желаем быть преисполнены духа Христова. Следуя основному нашему правилу непротивления злу злом, мы не можем производить заговоров, смут или насилий. Мы подчиняемся всем узаконениям и всем требованиям правительства, кроме тех, которые противны требованиям Евангелия. Сопротивление наше ограничивается покорным подчинением, имеющим быть наложенным на нас за неповиновение, наказаниям.

[¶22] "But while we shall adhere to the doctrine of non-resistance and passive submission to enemies, we purpose, in a moral and spiritual sense, to assail iniquity in high places and in low places, to apply our principles to all existing evil, political, legal, and ecclesiastical institutions, and to hasten the time when the kingdoms of this world will have become the kingdom of our Lord Jesus Christ. It appears to us a self-evident truth that whatever the Gospel is designed to destroy at any period of the world, being contrary to it, ought now to be abandoned. If, then, the time is predicted when swords shall be beaten into plowshares and spears into pruning hooks, and men shall not learn the art of war any more, it follows that all who manufacture, sell, or wield these deadly weapons do thus array themselves against the peaceful dominion of the Son of God on earth.

> Russian: Намереваясь без сопротивления переносить все направленные на нас нападения, мы, между тем, с своей стороны, намерены не переставая нападать на зло мира, где бы оно ни было, вверху или внизу, в области политической, административной или религиозной, стремясь всеми возможными для нас средствами к осуществлению того, чтобы царства земные слились в одно царство господа нашего Иисуса Христа. Мы считаем несомненной истиной то, что всё то, что противно Евангелию и духу его и потому подлежит уничтожению, должно быть сейчас же уничтожаемо. И потому, если мы верим предсказанию о том, что наступит время, когда мечи перекуются на орала и копья на серпы, мы сейчас же, не откладывая этого на будущее время, должны делать это по мере сил наших. И потому все те, которые выделывают, продают, употребляют оружие, содействуют всяким военным приготовлениям, этим самым вооружаются против мирного господства сына божьего на земле.

[¶23] "Having thus stated our principles, we proceed to specify the measures we propose to adopt in carrying our object into effect.

> Russian: Высказав наши основы, скажем теперь о том, какими путями мы надеемся достигнуть нашей цели.

[¶24] "We expect to prevail through the Foolishness of Preaching. We shall endeavor to promulgate our views among all persons, to whatever nation, sect, or grade of society they may belong. Hence we shall organize public lectures, circulate tracts and publications, form societies, and petition every governing body. It will be our leading object to devise ways and means for effecting a radical change in the views, feelings, and practices of society respecting the sinfulness of war and the treatment of enemies.

> Russian: Мы надеемся победить «безумием проповеди». Мы будем стараться распространять свои взгляды среди всех людей, к каким бы народам, исповеданиям и слоям общества они ни принадлежали. Для этой цели мы будем устраивать публичные чтения, распространять печатные объявления и брошюры, составлять общества и подавать прошения во всякие правительственные учреждения. Вообще будем стремиться всеми доступными для нас средствами к достижению коренного переворота во взглядах, чувствах и действиях нашего общества относительно греховности насилия по отношению к внешним и внутренним врагам.

[¶25] "In entering upon the great work before us, we are not unmindful that in its prosecution we may be called to test our sincerity even as in a fiery ordeal. It may subject us to insult, outrage, suffering, yea, even death itself. We anticipate no small amount of misconception, misrepresentation, and calumny. Tumults may arise against us. The proud and pharisaical, the ambitious and tyrannical, principalities and powers, may combine to crush us. So they treated the Messiah whose example we are humbly striving to imitate. We shall not be afraid of their terror. Our confidence is in the Lord Almighty and not in man. Having withdrawn from human protection, what can sustain us but that faith which overcomes the world? We shall not think it strange concerning the fiery trial which is to try us, but rejoice inasmuch as we are partakers of Christ's sufferings.

> Russian: Принимаясь за это великое дело, мы вполне сознаем, что наша искренность может быть подвергнута жестоким испытаниям. Наша задача может навлечь на нас оскорбления, обиды, страдания и даже смерть. Нас ожидает непонимание, ложное толкование и клевета. Против нас должна подняться буря. Гордость и фарисейство, честолюбие и жестокость, правители и власти, — всё это может соединиться, чтоб уничтожить нас. Таким образом поступали с мессией, которому мы стремимся подражать по мере сил своих. Но нас не пугают эти ужасы. Мы надеемся не на людей, а на всемогущего господа. Если мы отказались от человеческого заступничества, что же может поддержать нас, как не одна вера, побеждающая мир? Мы не будем удивляться тем испытаниям, которым мы подвергнемся, а будем радоваться тому, что удостоимся разделить страдания Христа.

[¶26] "Wherefore we commit the keeping of our souls to God. For every one that forsakes houses, or brethren, or sisters, or father, or mother, or wife, or children, or lands for Christ's sake, shall receive a hundredfold, and shall inherit everlasting life.

> Russian: Вследствие всего этого мы передаем души свои богу, веруя тому, что сказано, что тот, кто оставит дома и братьев и сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или поля ради Христа, получит во сто раз больше и наследует жизнь вечную.

[¶27] "Firmly relying upon the certain and universal triumph of the sentiments contained in this declaration, however formidable may be the opposition arrayed against them, we hereby affix our signatures to it; commending it to the reason and conscience of mankind, and resolving, in the strength of the Lord God, to calmly and meekly abide the issue."

> Russian: Итак, твердо веруя, несмотря на всё, что может вооружиться против нас, в несомненное торжество во всем мире основ, выраженных в этом провозглашении, мы прилагаем здесь свои подписи, надеясь на разум и совесть человечества, более же всего на силу божию, которой и вручаем себя.

[¶28] Immediately after this declaration a Society for Non-resistance was founded by Garrison, and a journal called the NON-RESISTANT, in which the doctrine of non-resistance was advocated in its full significance and in all its consequences, as it had been expounded in the declaration. Further information as to the ultimate destiny of the society and the journal I gained from the excellent biography of W. L. Garrison, the work of his son.

> Russian: Вслед за этим провозглашением были основаны Гаррисоном общество непротивления и журнал, называвшийся «Непротивляющимся» («Non-resistant»), в котором проповедовалось учение непротивления во всем его значении и со всеми его последствиями, как оно было выражено в провозглашении. Сведения о дальнейшей судьбе общества и журнала непротивления получены мною из прекрасной биографии В. Л. Гаррисона, составленной его сыновьями.

[¶29] The society and the journal did not exist for long. The greater number of Garrison's fellow-workers in the movement for the liberation of the slaves, fearing that the too radical programme of the journal, the NON-RESISTANT, might keep people away from the practical work of negro-emancipation, gave up the profession of the principle of non-resistance as it had been expressed in the declaration, and both society and journal ceased to exist.

> Russian: Общество и журнал просуществовали недолго: большинство сотрудников Гаррисона по делу освобождения рабов, опасаясь того, чтобы слишком радикальные требования, выраженные в журнале «Непротивляющемся», не оттолкнули людей от практического дела освобождения негров, — большинство сотрудников отказалось от исповедания принципа непротивления, как он был выражен в провозглашении, и общество и журнал прекратили свое существование.

[¶30] This declaration of Garrison's gave so powerful and eloquent an expression of a confession of faith of such importance to men, that one would have thought it must have produced a strong impression on people, and have become known throughout the world and the subject of discussion on every side. But nothing of the kind occurred. Not only was it unknown in Europe, even the Americans, who have such a high opinion of Garrison, hardly knew of the declaration.

> Russian: Это провозглашение Гаррисона, так сильно и красноречиво выражавшее такое важное для людей исповедание веры, казалось, должно бы было поразить людей и сделаться всемирно известным и предметом всестороннего обсуждения. Но ничего подобного не было. Оно не только не известно в Европе, но среди американцев, столь высоко чтущих память Гаррисона, провозглашение это почти неизвестно.

[¶31] Another champion of non-resistance has been overlooked in the same way--the American Adin Ballou, who lately died, after spending fifty years in preaching this doctrine. Lord God, to calmly and meekly abide the doctrine. How great the ignorance is of everything relating to the question of non-resistance may be seen from the fact that Garrison the son, who has written an excellent biography of his father in four great volumes, in answer to my inquiry whether there are existing now societies for non-resistance, and adherents of the doctrine, told me that as far as he knew that society had broken up, and that there were no adherents of that doctrine, while at the very time when he was writing to me there was living, at Hopedale in Massachusetts, Adin Ballou, who had taken part in the labors of Garrison the father, and had devoted fifty years of his life to advocating, both orally and in print, the doctrine of non-resistance. Later on I received a letter from Wilson, a pupil and colleague of Ballou's, and entered into correspondence with Ballou himself. I wrote to Ballou, and he answered me and sent me his works. Here is the summary of some extracts from them:

> Russian: Та же неизвестность постигла и другого борца за непротивление злу, недавно умершего, в продолжение 50 лет проповедовавшего это учение, американца Адина Баллу. До какой степени мало известно всё то, что относится к вопросу непротивления, видно из того, что Гаррисон-сын, написавший превосходную, в 4-х больших томах, биографию своего отца, этот Гаррисон-сын на вопрос мой о том, существует ли теперь общество непротивления и есть ли последователи его, отвечал мне, что, сколько ему известно, общество это распалось и последователей этого учения не существует, тогда как в то время, когда он писал мне, жил в Массачусете, в Hopedale, Адин Баллу, участвовавший в трудах отца Гаррисона и посвятивший 50 лет жизни на проповедь устно и печатно учения непротивления. Впоследствии я получил письмо от Вильсона, ученика и помощника Баллу, и вошел в сношения с самим Баллу. Я написал Баллу, и он отвечал мне и прислал мне свои сочинения. Вот некоторые выписки из них.

[¶32] "Jesus Christ is my Lord and teacher," says Ballou in one of his essays exposing the inconsistency of Christians who allowed a right of self-defense and of warfare. "I have promised leaving all else, to follow good and through evil, to death itself. But I am a citizen of the democratic republic of the United States; and in allegiance to it I have sworn to defend the Constitution of my country, if need be, with my life. Christ requires of me to do unto others as I would they should do unto me. The Constitution of the United States requires of me to do unto two millions of slaves [at that time there were slaves; now one might venture to substitute the word 'laborers'] the very opposite of what I would they should do unto me--that is to help to keep them in their present condition of slavery. And, in spite of this, I continue to elect or be elected, I propose to vote, I am even ready to be appointed to any office under government. That will not hinder me from being a Christian. I shall still profess Christianity, and shall find no difficulty in carrying out my covenant with Christ and with the government.

> Russian: «Иисус Христос — мой господь и учитель, — говорит Баллу в одной из статей, обличающей непоследовательность христиан, признающих право защиты и войны. — Я обещал, оставив всё, следовать за ним, на худое и доброе до самой смерти. Но я гражданин демократической республики Соединенных Штатов, которой я присягал в верности в том, что я буду поддерживать конституцию моей страны, если нужно жертвою жизни. Христос требует от меня, чтобы я сделал другим то, что я хотел бы, чтобы мне делали. Конституция Соединенных Штатов требует от меня, чтобы я делал двум миллионам рабов (тогда были рабы, теперь на место их смело можно поставить рабочих) как раз обратное тому, что бы я хотел, чтобы мне делали, т. е. содействовал бы тому, чтобы держать их в том рабстве, в котором они находятся. И это ничего, я продолжаю избирать или избираться, я помогаю управлять, я даже готов быть выбран на какую-либо должность управления. Это не мешает мне быть христианином. Я продолжаю исповедовать и не нахожу затруднения исполнять завет с Христом и с правительством.

[¶33] "Jesus Christ forbids me to resist evil doers, and to take from them an eye for an eye, a tooth for a tooth, bloodshed for bloodshed, and life for life.

> Russian: «Иисус Христос запрещает мне противиться делающим зло и лишать их ока за око и зуба за зуб, крови за кровь, жизни за жизнь.

[¶34] "My government demands from me quite the opposite, and bases a system of self-defense on gallows, musket, and sword, to be used against its foreign and domestic foes. And the land is filled accordingly with gibbets, prisons, arsenals, ships of war, and soldiers.

> Russian: «Мое правительство требует от меня как раз противного и защиту себя основывает на виселице, ружье, мече, употребляемых против своих домашних и внешних врагов. И соответственно этому страна снабжается виселицами, тюрьмами, арсеналами, военными кораблями и солдатами.

[¶35] "In the maintenance and use of these expensive appliances for murder, we can very suitably exercise to the full the virtues of forgiveness to those who injure us, love toward our enemies, blessings to those who curse us, and doing good to those who hate us.

> Russian: «В поддержании и употреблении этих дорогостоящих убийственных приспособлений мы можем весьма удобно осуществить добродетель прощения обижающих нас, любви к врагам, благословения проклинающих нас и делания добра ненавидящим нас.

[¶36] "For this we have a succession of Christian priests to pray for us and beseech the blessing of Heaven on the holy work of slaughter.

> Russian: Для этой цели у нас есть постоянные христианские священники, чтобы молиться за нас и призывать благословение божие на святые убийства.

[¶37] "I see all this (i. e., the contradiction between profession and practice), and I continue to profess religion and take part in government, and pride myself on being at the same time a devout Christian and a devoted servant of the government. I do not want to agree with these senseless notions of non-resistance. I cannot renounce my authority and leave only immoral men in control of the government. The Constitution says the government has the right to declare war, and I assent to this and support it, and swear that I will support it. And I do not for that cease to be a Christian. War, too, is a Christian duty. Is it not a Christian duty to kill hundreds of thousands of one's fellow-men, to outrage women, to raze and burn towns, and to practice every possible cruelty? It is time to dismiss all these false sentimentalities. It is the truest means of forgiving injuries and loving enemies. If we only do it in the spirit of love, nothing can be more Christian than such murder."

> Russian: Я всё это вижу (т. е. противоречие исповедания и жизни) и продолжаю и исповедовать и управлять и горжусь тем, что я в одно и то же время и набожный христианин и преданный слуга правительству. Не хочу я согласиться с этим безумным понятием непротивления. Не могу я отказаться от своего влияния и оставить одних безнравственных людей во главе правительства. Конституция говорит: правительство имеет право объявлять войну, и я соглашаюсь, я поддерживаю это, я клянусь, что буду поддерживать. Я от этого не перестаю быть христианином. Война тоже христианская обязанность. Разве не христианское дело убить сотни тысяч ближних, насиловать женщин, разорять и сжигать города и делать всевозможные жестокости? Пора бросить все эти выдуманные сентиментальности. Это самое настоящее средство прощать обиды и любить врагов. Если мы только делаем это в духе любви, ничего не может быть более христианского, как такое огульное убийство».

[¶38] In another pamphlet, entitled "How many Men are Necessary to Change a Crime into a Virtue?" he says: "One man may not kill. If he kills a fellow-creature, he is a murderer. If two, ten, a hundred men do so, they, too, are murderers. But a government or a nation may kill as many men as it chooses, and that will not be murder, but a great and noble action. Only gather the people together on a large scale, and a battle of ten thousand men becomes an innocent action. But precisely how many people must there be to make it so?--that is the question. One man cannot plunder and pillage, but a whole nation can. But precisely how many are needed to make it permissible? Why is it that one man, ten, a hundred, may not break the law of God, but a great number may?"

> Russian: В другой брошюре, под заглавием: «Сколько нужно людей, чтобы преобразить злодейство в праведность», он говорит: «Один человек не должен убивать. Если он убил, он преступник, он убийца. Два, десять, сто человек, если они делают это, — они убийцы. Но государство или народ может убивать, сколько он хочет, и это не будет убийство, а хорошее, доброе дело. Только собрать побольше народа, и бойня десятков тысяч людей становится невинным делом. Но сколько именно нужно людей для этого? Вот в чем вопрос. Один не может красть, грабить, но целый народ может. Но сколько именно нужно для этого? Почему 1, 10, 100 человек не должны нарушать закона бога, а очень много могут?»

[¶39] And here is a version of Ballou's catechism composed for his flock:

> Russian: А вот катехизис Баллу, составленный для его паствы.

[¶40] CATECHISM OF NON-RESISTANCE.

> Russian: КАТЕХИЗИС НЕПРОТИВЛЕНИЯ[1]

[¶41] Q. Whence is the word "non-resistance" derived?

> Russian: Вопр. — Откуда взято слово «непротивление»?

[¶42] A. From the command, "Resist not evil." (M. v. 39.)

> Russian: Отв. — Из изречения: не противься злому. Мф. V, 39.

[¶43] Q. What does this word express?

> Russian: Вопр. — Что выражает это слово?

[¶44] A. It expresses a lofty Christian virtue enjoined on us by Christ.

> Russian: Отв. — Оно выражает высокую христианскую добродетель, предписываемую Христом.