---
title: "War and Peace · Война и мир"
author: "Leo Tolstoy"
translator: "Louise and Aylmer Maude"
title_ru: "Война и мир"
author_ru: "Лев Толстой"
languages: [ru, en]
shelf: "Literature"
section: 304 of 360
url: https://scriptura.si/works/tolstoy-war-and-peace/304/
cite: "Leo Tolstoy, tr. Louise and Aylmer Maude, War and Peace · Война и мир, section 304. Scriptura (scriptura.si), https://scriptura.si/works/tolstoy-war-and-peace/304/"
---

# War and Peace · Война и мир

*Leo Tolstoy, tr. Louise and Aylmer Maude*

Russian: Война и мир, Лев Толстой

Napoleon’s Russia, four families and the question of what moves history, in Russian, English and French.

## 304. Book Fourteen · Chapter XI

Source: https://scriptura.si/works/tolstoy-war-and-peace/304/ · cite a paragraph as https://scriptura.si/works/tolstoy-war-and-peace/304/#p-N

[¶0] The men rapidly picked out their horses in the semidarkness, tightened their saddle girths, and formed companies. Denísov stood by the watchman’s hut giving final orders. The infantry of the detachment passed along the road and quickly disappeared amid the trees in the mist of early dawn, hundreds of feet splashing through the mud. The esaul gave some orders to his men. Pétya held his horse by the bridle, impatiently awaiting the order to mount. His face, having been bathed in cold water, was all aglow, and his eyes were particularly brilliant. Cold shivers ran down his spine and his whole body pulsed rhythmically.

> Russian: Быстро в полутьме разобрали лошадей, подтянули подпруги и разобрались по командам. Денисов стоял у караулки, отдавая последние приказания. Пехота партии, шлепая сотней ног, прошла вперед по дороге и быстро скрылась между деревьев в предрассветном тумане. Эсаул что-то приказывал казакам. Петя держал свою лошадь в поводу, с нетерпением ожидая приказания садиться. Обмытое холодною водой, лицо его, в особенности глаза горели огнем, озноб пробегал по спине и во всем теле что-то быстро и равномерно дрожало.

[¶1] “Well, is ev’wything weady?” asked Denísov. “Bwing the horses.”

> Russian: — Ну, готово у вас всё? — сказал Денисов. — Давай лошадей.

[¶2] The horses were brought. Denísov was angry with the Cossack because the saddle girths were too slack, reproved him, and mounted. Pétya put his foot in the stirrup. His horse by habit made as if to nip his leg, but Pétya leaped quickly into the saddle unconscious of his own weight and, turning to look at the hussars starting in the darkness behind him, rode up to Denísov.

> Russian: Лошадей подали. Денисов рассердился на казака за то, что подпруги были слабы, и, разбранив его, сел. Петя взялся за стремя. Лошадь, по привычке, хотела куснуть его за ногу, но Петя, не чувствуя своей тяжести, быстро вскочил в седло и, оглядываясь на тронувшихся сзади в темноте гусар, подъехал к Денисову.

[¶3] “Vasíli Dmítrich, entrust me with some commission! Please... for God’s sake...!” said he. Denísov seemed to have forgotten Pétya’s very existence. He turned to glance at him.

> Russian: — Василий Федорович, вы мне поручите что-нибудь? Пожалуйста... ради Бога... — сказал он. Денисов казалось забыл про существование Пети. Он оглянулся на него.

[¶4] “I ask one thing of you,” he said sternly, “to obey me and not shove yourself forward anywhere.”

> Russian: — Об одном тебя прошу, — сказал он строго: — слушаться меня и никуда не соваться.

[¶5] He did not say another word to Pétya but rode in silence all the way. When they had come to the edge of the forest it was noticeably growing light over the field. Denísov talked in whispers with the esaul and the Cossacks rode past Pétya and Denísov. When they had all ridden by, Denísov touched his horse and rode down the hill. Slipping onto their haunches and sliding, the horses descended with their riders into the ravine. Pétya rode beside Denísov, the pulsation of his body constantly increasing. It was getting lighter and lighter, but the mist still hid distant objects. Having reached the valley, Denísov looked back and nodded to a Cossack beside him.

> Russian: Во всё время переезда Денисов ни слова не говорил больше с Петей и ехал молча. Когда подъехали к опушке леса, в поле заметно уже стало светлеть. Денисов поговорил что-то шопотом с эсаулом, и казаки стали проезжать мимо Пети и Денисова. Когда они все проехали, Денисов тронул свою лошадь и поехал под гору. Садясь на зады и скользя, лошади спускались с своими седоками в лощину. Петя ехал рядом с Денисовым. Дрожь во всем его теле всё усиливалась. Становилось всё светлее и светлее, только туман скрывал отдаленные предметы. Съехав вниз и оглянувшись назад, Денисов кивнул головой казаку, стоявшему подле него.

[¶6] “The signal!” said he. The Cossack raised his arm and a shot rang out. In an instant the tramp of horses galloping forward was heard, shouts came from various sides, and then more shots.

> Russian: — Сигнал! — проговорил он. Казак поднял руку, раздался выстрел. И в то же мгновение послышался топот впереди поскакавших лошадей, крики с разных сторон и еще выстрелы.

[¶7] At the first sound of trampling hoofs and shouting, Pétya lashed his horse and loosening his rein galloped forward, not heeding Denísov who shouted at him. It seemed to Pétya that at the moment the shot was fired it suddenly became as bright as noon. He galloped to the bridge. Cossacks were galloping along the road in front of him. On the bridge he collided with a Cossack who had fallen behind, but he galloped on. In front of him soldiers, probably Frenchmen, were running from right to left across the road. One of them fell in the mud under his horse’s feet.

> Russian: В то же мгновение как раздались первые звуки топота и крика, Петя, ударив свою лошадь и выпустив поводья, не слушая Денисова, кричавшего на него, поскакал вперед. Пете показалось, что вдруг совершенно, как середь дня, ярко рассвело в ту минуту, как послышался выстрел. Он подскакал к мосту. Впереди по дороге скакали казаки. На мосту он столкнулся с отставшим казаком и поскакал дальше. Впереди какие-то люди — должно быть это были французы, бежали с правой стороны дороги на левую. Один упал в грязь под ногами Петиной лошади.

[¶8] Cossacks were crowding about a hut, busy with something. From the midst of that crowd terrible screams arose. Pétya galloped up, and the first thing he saw was the pale face and trembling jaw of a Frenchman, clutching the handle of a lance that had been aimed at him.

> Russian: У одной избы столпились казаки, что-то делая. Из середины толпы послышался страшный крик. Петя подскакал к этой толпе и первое, что он увидал, было бледное с трясущеюся нижнею челюстью лицо француза, державшегося за древко направленной на него пики.

[¶9] “Hurrah!... Lads!... ours!” shouted Pétya, and giving rein to his excited horse he galloped forward along the village street.

> Russian: — Ура!.. Ребята... наши... — прокричал Петя и, дав поводья разгорячившейся лошади, поскакал вперед по улице.

[¶10] He could hear shooting ahead of him. Cossacks, hussars, and ragged Russian prisoners, who had come running from both sides of the road, were shouting something loudly and incoherently. A gallant-looking Frenchman, in a blue overcoat, capless, and with a frowning red face, had been defending himself against the hussars. When Pétya galloped up the Frenchman had already fallen. “Too late again!” flashed through Pétya’s mind and he galloped on to the place from which the rapid firing could be heard. The shots came from the yard of the landowner’s house he had visited the night before with Dólokhov. The French were making a stand there behind a wattle fence in a garden thickly overgrown with bushes and were firing at the Cossacks who crowded at the gateway. Through the smoke, as he approached the gate, Pétya saw Dólokhov, whose face was of a pale-greenish tint, shouting to his men. “Go round! Wait for the infantry!” he exclaimed as Pétya rode up to him.

> Russian: Впереди слышны были выстрелы. Казаки, гусары и русские оборванные пленные, бежавшие с обеих сторон дороги, все громко и нескладно кричали что-то. Молодцоватый, без шапки с красным нахмуренным лицом, француз в синей шинели отбивался штыком от гусаров. Когда Петя подскакал, француз уже упал. Опять опоздал, мелькнуло в голове Пети, и он поскакал туда, откуда слышались частые выстрелы. Выстрелы раздавались на дворе того барского дома, на котором он был вчера ночью с Долоховым. Французы засели там за плетнем в густом, заросшем кустами, саду и стреляли по казакам, столпившимся у ворот. Подъезжая к воротам, Петя в пороховом дыму увидал Долохова, с бледным, зеленоватым лицом, кричавшего что-то людям. «В объезд! Пехоту подождать!» кричал он, в то время как Петя подъехал к нему.

[¶11] “Wait?... Hurrah-ah-ah!” shouted Pétya, and without pausing a moment galloped to the place whence came the sounds of firing and where the smoke was thickest. A volley was heard, and some bullets whistled past, while others plashed against something. The Cossacks and Dólokhov galloped after Pétya into the gateway of the courtyard. In the dense wavering smoke some of the French threw down their arms and ran out of the bushes to meet the Cossacks, while others ran down the hill toward the pond. Pétya was galloping along the courtyard, but instead of holding the reins he waved both his arms about rapidly and strangely, slipping farther and farther to one side in his saddle. His horse, having galloped up to a campfire that was smoldering in the morning light, stopped suddenly, and Pétya fell heavily on to the wet ground. The Cossacks saw that his arms and legs jerked rapidly though his head was quite motionless. A bullet had pierced his skull.

> Russian: — Подождать?.. Ураааа!.. — закричал Петя и, не медля ни одной минуты, поскакал к тому месту, откуда слышались выстрелы и где гуще был пороховой дым. Послышался залп, провизжали пустые и во что-то шлепнувшие пули. Казаки и Долохов вскакали вслед за Петей в ворота дома. Французы в колеблющемся густом дыме, одни бросали оружие и выбегали из кустов навстречу казакам, другие бежали под гору к пруду. Петя скакал на своей лошади вдоль по барскому двору и, вместо того, чтобы держать поводья, странно и быстро махал обеими руками и всё дальше и дальше сбивался с седла на одну сторону. Лошадь, набежав на тлевший в утреннем свете костер, уперлась, и Петя тяжело упал на мокрую землю. Казаки видели, как быстро задергались его руки и ноги, несмотря на то, что голова его не шевелилась. Пуля пробила ему голову.

[¶12] After speaking to the senior French officer, who came out of the house with a white handkerchief tied to his sword and announced that they surrendered, Dólokhov dismounted and went up to Pétya, who lay motionless with outstretched arms.

> Russian: Переговоривши с старшим французским офицером, который вышел к нему из-за дома с платком на шпаге и объявил, что они сдаются, Долохов слез с лошади и подошел к неподвижно, с раскинутыми руками, лежавшему Пете.

[¶13] “Done for!” he said with a frown, and went to the gate to meet Denísov who was riding toward him.

> Russian: — Готов, — сказал он нахмурившись и пошел в ворота навстречу ехавшему к нему Денисову.

[¶14] “Killed?” cried Denísov, recognizing from a distance the unmistakably lifeless attitude—very familiar to him—in which Pétya’s body was lying.

> Russian: — Убит?! — вскрикнул Денисов, увидав еще издалека то знакомое ему, несомненно безжизненное положение, в котором лежало тело Пети.

[¶15] “Done for!” repeated Dólokhov as if the utterance of these words afforded him pleasure, and he went quickly up to the prisoners, who were surrounded by Cossacks who had hurried up. “We won’t take them!” he called out to Denísov.

> Russian: — Готов, — повторил Долохов, как будто выговаривание этого слова доставляло ему удовольствие, и быстро пошел к пленным, которых окружили спешившиеся казаки. — Брать не будем! — крикнул он Денисову.

[¶16] Denísov did not reply; he rode up to Pétya, dismounted, and with trembling hands turned toward himself the bloodstained, mud-bespattered face which had already gone white.

> Russian: Денисов не отвечал; он подъехал к Пете, слез с лошади и дрожащими руками повернул к себе запачканное кровью и грязью, уже побледневшее лицо Пети.

[¶17] “I am used to something sweet. Raisins, fine ones... take them all!” he recalled Pétya’s words. And the Cossacks looked round in surprise at the sound, like the yelp of a dog, with which Denísov turned away, walked to the wattle fence, and seized hold of it.

> Russian: «Я привык что-нибудь сладкое. Отличный изюм, берите весь», вспомнилось ему. И казаки с удивлением оглянулись на звуки, похожие на собачий лай, с которыми Денисов быстро отвернулся, подошел к плетню и схватился за него.

[¶18] Among the Russian prisoners rescued by Denísov and Dólokhov was Pierre Bezúkhov.

> Russian: В числе отбитых Денисовым и Долоховым русских пленных был Пьер Безухов.