The life of the nations is not contained in the lives of a few men, for the connection between those men and the nations has not been found. The theory that this connection is based on the transference of the collective will of a people to certain historical personages is an hypothesis unconfirmed by the experience of history.
Жизнь народов не вмещается в жизнь нескольких людей; ибо связь между этими несколькими людьми и народами не найдена. Теория о том, что связь эта основана на перенесении совокупности воль на исторические лица, есть гипотеза, не подтверждаемая опытом истории.
The theory of the transference of the collective will of the people to historic persons may perhaps explain much in the domain of jurisprudence and be essential for its purposes, but in its application to history, as soon as revolutions, conquests, or civil wars occur—that is, as soon as history begins—that theory explains nothing.
Теория о перенесении совокупности воль масс на исторические лица, может быть, весьма много объясняет в области науки права, и может быть, необходима для своих целей; но в приложении к истории, как только являются революции, завоевания, междоусобия, как только начинается история, — теория эта ничего не объясняет.
The theory seems irrefutable just because the act of transference of the people’s will cannot be verified, for it never occurred.
Теория эта кажется неопровержимою именно потому, что акт перенесения воль народа не может быть проверен.
Whatever happens and whoever may stand at the head of affairs, the theory can always say that such and such a person took the lead because the collective will was transferred to him.
Какое бы ни совершилось событие, кто бы ни стал во главе события, теория всегда может сказать, что такое лицо стало во главе события, потому что совокупность воль была перенесена на него.
The replies this theory gives to historical questions are like the replies of a man who, watching the movements of a herd of cattle and paying no attention to the varying quality of the pasturage in different parts of the field, or to the driving of the herdsman, should attribute the direction the herd takes to what animal happens to be at its head.
Ответы, даваемые этою теорией на исторические вопросы, подобны ответам человека, который, глядя на двигающееся стадо и не принимая во внимание ни различной доброты пастбища в разных местах поля, ни погони пастуха, судил бы о причинах того или другого направления стада по тому, какое животное идет впереди стада.
“The herd goes in that direction because the animal in front leads it and the collective will of all the other animals is vested in that leader.” This is what historians of the first class say—those who assume the unconditional transference of the people’s will.
«Стадо идет по этому направлению потому, что впереди идущее животное ведет его, и совокупность воль всех остальных животных перенесена на этого правителя стада». Так отвечает первый разряд историков, признающих безусловную передачу власти.
“If the animals leading the herd change, this happens because the collective will of all the animals is transferred from one leader to another, according to whether the animal is or is not leading them in the direction selected by the whole herd.” Such is the reply historians who assume that the collective will of the people is delegated to rulers under conditions which they regard as known. (With this method of observation it often happens that the observer, influenced by the direction he himself prefers, regards those as leaders who, owing to the people’s change of direction, are no longer in front, but on one side, or even in the rear.)
«Ежели животные, идущие во главе стада, переменяются, то это происходит от того, что совокупность воль всех животных переносится с одного правителя на другого, смотря по тому, ведет ли это животное по тому направлению, которое избрало всё стадо». Так отвечают историки, признающие, что совокупность воль масс переносится на правителей под условиями, которые они считают известными. (При таком приеме наблюдения, весьма часто бывает, что наблюдатель, соображаясь с избранным им направлением, считает вожаками тех, которые по случаю перемены направления масс не суть уже передовые, а боковые, а иногда задние)».
“If the animals in front are continually changing and the direction of the whole herd is constantly altered, this is because in order to follow a given direction the animals transfer their will to the animals that have attracted our attention, and to study the movements of the herd we must watch the movements of all the prominent animals moving on all sides of the herd.” So say the third class of historians who regard all historical persons, from monarchs to journalists, as the expression of their age.
«Если беспрестанно переменяются стоящие во главе животныя и беспрестанно переменяются направления всего стада, то это происходит от того, что для достижения того направления, которое нам известно, животные передают свои воли тем животным, которые нам заметны, поэтому для того чтоб изучать движение стàда, надо наблюдать всех заметных нам животных, идущих со всех сторон стàда». Так говорят историки третьего разряда, признающие выражениями своего времени все исторические лица, от монархов до журналистов.
The theory of the transference of the will of the people to historic persons is merely a paraphrase—a restatement of the question in other words.
Теория перенесения воль масс на исторические лица есть только перифраза, — только выражение другими словами слов вопроса.
What causes historical events? Power. What is power? Power is the collective will of the people transferred to one person. Under what condition is the will of the people delegated to one person? On condition that that person expresses the will of the whole people. That is, power is power: in other words, power is a word the meaning of which we do not understand.
Какая причина исторических событий? — Власть. Чтò есть власть? — Власть есть совокупность воль, перенесенных на одно лицо. При каких условиях переносятся воли масс на одно лицо? — При условиях выражения лицом воли всех людей. Т. е. власть есть власть. Т. е. власть есть слово, значение которого нам непонятно.
If the realm of human knowledge were confined to abstract reasoning, then having subjected to criticism the explanation of “power” that juridical science gives us, humanity would conclude that power is merely a word and has no real existence. But to understand phenomena man has, besides abstract reasoning, experience by which he verifies his reflections. And experience tells us that power is not merely a word but an actually existing phenomenon.
————— Если бы область человеческого знания ограничивалась одним отвлеченным мышлением, то, подвергнув критике то объяснение власти, которое дает наука, человечество пришло бы к заключению, что власть есть только слово и в действительности не существует. Но для познавания явлений, кроме отвлеченного мышления, человек имеет орудие опыта, на котором он поверяет результаты мышления. И опыт говорит, что власть не есть слово, но действительно существующее явление.
Not to speak of the fact that no description of the collective activity of men can do without the conception of power, the existence of power is proved both by history and by observing contemporary events.
Не говоря о том, что без понятия власти не может обойтись ни одно описание совокупной деятельности людей, существование власти доказывается как историею, так и наблюдением современных событий.
Whenever an event occurs a man appears or men appear, by whose will the event seems to have taken place. Napoleon III issues a decree and the French go to Mexico. The King of Prussia and Bismarck issue decrees and an army enters Bohemia. Napoleon I issues a decree and an army enters Russia. Alexander I gives a command and the French submit to the Bourbons. Experience shows us that whatever event occurs it is always related to the will of one or of several men who have decreed it.
Всегда, когда совершается событие, является человек или люди, по воле которых событие представляется совершившимся. Наполеон III предписывает, и французы идут в Мексику. Прусский король и Бисмарк предписывают, и войска идут в Богемию. Наполеон I приказывает, и войска идут в Россию. Александр I приказывает, и французы покоряются Бурбонам. Опыт показывает нам, что какое бы ни совершилось событие, оно всегда связано с волею одного или нескольких людей, которые его приказали.
The historians, in accord with the old habit of acknowledging divine intervention in human affairs, want to see the cause of events in the expression of the will of someone endowed with power, but that supposition is not confirmed either by reason or by experience.
Историки, по старой привычке признания божественного участия в делах человечества, хотят видеть причину события в выражении воли лицà, облеченного властью; но заключение это не подтверждается ни рассуждением, ни опытом.
On the one side reflection shows that the expression of a man’s will—his words—are only part of the general activity expressed in an event, as for instance in a war or a revolution, and so without assuming an incomprehensible, supernatural force—a miracle—one cannot admit that words can be the immediate cause of the movements of millions of men. On the other hand, even if we admitted that words could be the cause of events, history shows that the expression of the will of historical personages does not in most cases produce any effect, that is to say, their commands are often not executed, and sometimes the very opposite of what they order occurs.
С одной стороны, рассуждение показывает, что выражение воли человека — его словà суть только часть общей деятельности, выражающейся в событии, как, например, в войне или революции; и потому без признания непонятной, сверхъестественной силы — чуда, нельзя допустить, чтобы словà могли быть непосредственною причиной движения миллионов; с другой стороны, если даже допустить, что словà могут быть причиной события, то история показывает, что выражения воли исторических лиц во многих случаях не производят никакого действия, т. е., что приказания их часто не только не исполняются, но что иногда происходит даже совершенно обратное тому, что ими приказано.
Without admitting divine intervention in the affairs of humanity we cannot regard “power” as the cause of events.
Не допуская божественного участия в делах человечества, мы не можем принимать власть за причину событий.
Power, from the standpoint of experience, is merely the relation that exists between the expression of someone’s will and the execution of that will by others.
Власть, с точки зрения опыта, есть только зависимость, существующая между выражением воли лица и исполнением этой воли другими людьми.
To explain the conditions of that relationship we must first establish a conception of the expression of will, referring it to man and not to the Deity.
Для того чтобы объяснить себе условия этой зависимости, мы должны восстановить прежде всего понятие выражения воли, относя его к человеку, а не к Божеству.
If the Deity issues a command, expresses His will, as ancient history tells us, the expression of that will is independent of time and is not caused by anything, for the Divinity is not controlled by an event. But speaking of commands that are the expression of the will of men acting in time and in relation to one another, to explain the connection of commands with events we must restore: (1) the condition of all that takes place: the continuity of movement in time both of the events and of the person who commands, and (2) the inevitability of the connection between the person commanding and those who execute his command.
Ежели Божество отдает приказание, выражает свою волю, как то нам показывает история древних, то выражение этой воли не зависит от времени и ничем не вызвано, так как Божество ничем не связано с событием. Но говоря о приказаниях — выражении воли людей, действующих во времени и связанных между собой, мы, для того чтобы объяснить себе связь приказаний с событиями, должны восстановить 1) условие всего совершающегося: непрерывность движения во времени, как событий, так и приказывающего лица, и 2) условие необходимой связи, в которой находится приказывающее лицо с теми людьми, которые исполняют его приказание.