The loveliness of roses and lilies has blossomed,
Роз и лилий краса расцвела,
And in its clear waters the silvery brook
И в прозрачной волне серебристый ручей
Catches the gleam of her curls and brow,
Ловит отблеск кудрей и чела,
But the queen does not hear what the brook whispers,
Но не слышит царица, что шепчет ручей,
Nor does she glance at the flowers:
На цветы и не взглянет она:
Sorrow dims the light of her azure eyes,
Ей туманит печаль свет лазурных очей,
And her dream is full of grief.
И мечта ее скорби полна.
She sees: far away, in the northern land,
Она видит: далеко, в полночном краю,
Amid frosty mists and snowstorms,
Средь морозных туманов и вьюг,
In solitary battle with the evil power of darkness,
С злою силою тьмы в одиночном бою
The friend she has abandoned is perishing.
Гибнет ею покинутый друг.
And she casts aside her diamond crown,
И бросает она свой алмазный венец,
Leaves her golden chamber
Оставляет чертог золотой
And at her faithless friend’s, an unexpected visitor,
И к неверному другу, -- нежданный пришелец, --
Knocks with a hand full of grace.
Благодатной стучится рукой.
. . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . .
And with eternal love in her azure eyes
И с любовью вечной в лазурных очах
She says softly to her friend:
Тихо другу она говорит:
“I know, your will is no steadier than the waves of the sea,
"Знаю, воля твоя волн морских не верней,
You swore to remain faithful to me,
Ты мне верность клялся сохранить,
You broke your vow, but by your betrayal
Клятве ты изменил, но изменой своей
Could you change my heart?”
Мог ли сердце мое изменить?"
So, here love is mutual, and the ‘friend’ is under the ‘queen’s’ unsleeping, jealous, solicitous protection. Let us listen further to the confessions of 1884.
Итак, любовь здесь взаимна, и "друг" находится под неусыпной, ревнивой, заботливой охраной "царицы". Вслушаемся далее в признания 1884 г
Beneath the alien power of a sultry blizzard,
Под чужой властью знойной вьюги
Forgetting former visions,
Виденья прежние забыв,
Once more, from my mysterious companion,
Я вновь таинственной подруги
I heard a fading call.
Услышал гаснущий призыв.
And with a cry of horror and pain,
И с криком ужаса и боли,
An eagle caught in iron,
Железом схваченный орел,
My spirit trembled in captivity
Затрепетал мой дух в неволе
And tore the net and soared aloft...
И сеть порвал и в высь ушел...
And here is an entry from 1886:
А вот запись от 1886 года:
What a heavy dream! In a crowd of silent visions,
Какой тяжелый сон! В толпе немых видений,
Pressing and hovering all around,
Теснящихся и реющих кругом,
In vain I seek that grace-giving shadow
Напрасно я ищу той благодатной тени,
That touched me with its wing.
Что тронула меня своим крылом.
But as soon as I yield to the onslaught of evil doubts,
Но только уступлю напору злых сомнений,
Gripped by dull anguish and horror,
Глухой тоской и ужасом объят, --
Again I sense above me the unseen shadow’s wing,
Вновь чую над собой крыло незримой тени,
Her words ring out as before.
Ее слова по-прежнему звучат.
What a heavy dream! The crowd of silent visions
Какой тяжелый сон! Толпа немых видений
Grows, grows and blocks the way,
Растет, растет и заграждает путь,
And the shadow’s distant voice is scarcely heard:
И еле слышится далекий голос тени:
Do not trust the fleeting; love and do not forget.
Не верь мгновенному, люби и не забудь.
And an even more significant entry from 1898:
И еще более знаменательная запись 1898 года: